Правила игры

Параллели

Если вы внимательно читали Достоевского, то знаете, что действие в романе – не главное. Главное – монологи. Кроме того, вы знаете: кульминация – это когда монологов много, и все они произносятся в одно время и в одной комнате.

«Но это же «Дом 2»!», — скажете вы. И будете правы, но не совсем. Потому что нас интересуют монологи, где есть: a) пафос — чем больше, тем лучше, и б) душа. Душа непременно страждет.

То есть реплику Лены о том, что проект похож на пионерский лагерь, мы в литературу не пропустим. Другое дело Май Абрикосов, у него – туда абонемент.

Май – романтик. Конечно, он не германец восемнадцатого века. Но он так же носит локоны. И так же жаждет войны против всего жестокого мира. Ее романтики, как правило, проигрывали, а, проиграв, страдали. Иногда даже сходили с ума. Но мир с Маем почему-то не воюет. Можно было бы страдать и из-за этого, но так – не романтично.

И вот он думает, что если бы Алена изменила ему со Степаном, то он бы страдал. И так долго думает, что частица «бы» исчезает куда-то, куда у романтиков исчезает все то последнее, что им нравилось здесь, то есть, извините, в государстве порока. Впрочем, в борьбе за повод для печали Май испортил себе волосы и кожу. Остается надеяться, что если он осознает и подсчитает свои потери, то у него найдется причина. И он с чистой совестью пострадает.

— Все наигранно. Все не то. Не так это все. Все искусственно. Народ до конца не раскрепощен, ждет какого-то подвоха, – кричал Василий. Вряд ли он цитировал Достоевского, но настроение его книг позаимствовал так, как будто он сам оттуда. Но мы ведь помним: он из-за периметра. А Руслан помнил, что скоро голосование за комнаты в Старом доме, поэтому не мог не согласиться с другом: да, все не то. А то было, когда им с Тори не грозило выселение.

— Я не могу быть не собой, а здесь я в маске, – Василий, оставив Рассела, откровенничал с Каролиной. Очевидно, он считал, что девушка восхитится его чувствительностью к фальши. Но она лишь холодно заметила, что Коля врал, но было видно, что он врет, а Вася…

А Вася продолжил тираду на лобном месте:
— На меня нахлынули чувства к Каролине, но к этим чувствам я не готов.
Каролина промолчала, и прочесть на ее лице что-нибудь, кроме того, что она едва сдерживает слезы, оказалось невозможным.
— Я ухожу от вас, но мне это больно, – подытожил Василий.

Провожать его не стали. Но к воротам он направился не один, а под ручку с Леной, которая отказалась от соперничества с Айгюн. Так как у нее есть и работа, и учеба, и молодой человек. А день, проведенный в периметре, был для девушки долгожданной экскурсией.