Правила игры

Женщина на грани эмоционального дефицита

Степан Меньщиков находится на проекте уже больше двух лет, но до сих пор, как иногда кажется, никто не понял, какой он на самом деле человек. О том, что Степа – один из главных клоунов и затейников «Дома-2» – знают все. И еще он, пожалуй, его главный актер, безо всяких «один из». Ну, разве что с Маем они могут посоперничать за этот титул. Степе не приходится, в общем-то, вытворять ничего суперэкстраординарного, чтобы все смеялись и хлопали в ладоши.

Чуев успевает за серию побегать в куче разных амплуа, вырядиться фриком, начудить на стройке, «заткнуть» всех командным голосом – в общем, берет количеством. Меньщикову для того, чтобы произвести эффект, достаточно просто быть собой. Он может весь день проспать в VIP-домике, а потом, на лобном месте, когда его начнут «раскачивать» туда-сюда: Степа, скажи «мяу!», «Степа, скажи «фас!», — зарядить что-нибудь эдакое: простое, искреннее и всегда неожиданное. А еще он с азартом принимается за все новое: вот, лежал Степа на диване, изобретал вечные двигатели, а потом приходит какая-нибудь симпатичная нимфетка, и Меньщиков уже бегает, соображает какие-то интересные свиданки. И все, в общем-то, думают, что Степа веселый человек.

Конфетно-букетный период с Боней тоже прошел у Степы на «ура». Они красили домик, ездили по гостям, боролись с призраком Алены Водонаевой и наслаждались «крестьянской» идиллией. Для Бони, возможно, после светских вечеринок это было экзотикой. А может, и наоборот, – тем, к чему стремилась ее уставшая от светскости душа. Но, как бы то ни было, а конфетно-букетный период прошел, и Боня столкнулась с реальностью: оказалось, что Степино любимое занятие – лежать на диване и изобретать вечные двигатели.

Степан Меньщиков находится на проекте уже больше двух лет, но до сих пор, как иногда кажется, никто не понял, какой он на самом деле человек. О том, что Степа – один из главных клоунов и затейников «Дома-2» – знают все. И еще он, пожалуй, его главный актер, безо всяких «один из». Ну, разве что с Маем они могут посоперничать за этот титул. Степе не приходится, в общем-то, вытворять ничего суперэкстраординарного, чтобы все смеялись и хлопали в ладоши. Чуев успевает за серию побегать в куче разных амплуа, вырядиться фриком, начудить на стройке, «заткнуть» всех командным голосом – в общем, берет количеством.

Меньщикову для того, чтобы произвести эффект, достаточно просто быть собой. Он может весь день проспать в VIP-домике, а потом, на лобном месте, когда его начнут «раскачивать» туда-сюда: Степа, скажи «мяу!», «Степа, скажи «фас!», — зарядить что-нибудь эдакое: простое, искреннее и всегда неожиданное. А еще он с азартом принимается за все новое: вот, лежал Степа на диване, изобретал вечные двигатели, а потом приходит какая-нибудь симпатичная нимфетка, и Меньщиков уже бегает, соображает какие-то интересные свиданки. И все, в общем-то, думают, что Степа веселый человек.