Правила игры

Несовпадалочки

Жалко, что я не феминистка. Или, наоборот, не убежденная содержанка. Написала бы по мотивам сегодняшней серии какую-нибудь остросоциальную статью в духе: «Зарабатывай на все сама или молчи в тряпочку». Или ровно наоборот: «Караул, мужик измельчал!».

Жалко, что я не феминистка. Или, наоборот, не убежденная содержанка. Написала бы по мотивам сегодняшней серии какую-нибудь остросоциальную статью в духе: «Зарабатывай на все сама или молчи в тряпочку». Или ровно наоборот: «Караул, мужик измельчал!». Написала бы — и был бы у меня рейтинг, как у Рустама. Шутка, конечно. Как Рома Третьяков говорит: «Либо ты с этим, либо — с этим». А я, как обычно, ни с кем, и вообще — пацифист.

Ведь никто не виноват в том, что Солнце и Дима уже который день пытаются договориться, но у них ничего не получается. И в том, что Настя с Сэмом четыре месяца блуждают по лабиринту своих отношений, тоже никто не виноват. Просто им мешает на пути к пониманию друг друга какая-то невидимая скала. И главное сейчас — настроить радар, отследить скалу, рассмотреть и уничтожить.

У Солнца с Рыжим, мне кажется, такая скала — Димин страх. Он боится взять ситуацию в свои руки, поэтому пользуется исключительно теми вариантами, которые ему предлагает девушка. Вот, например, она — больная, но гордая — лежит на кровати и отрицает любого вида помощь.

Принести что-нибудь? Нет, я возьму сама. Чай? Нет, я сделаю сама. И так со всем остальным. «Сама? Ну ладно», — думает обескураженный Дима и отступает. Мне кажется, что зря: ведь на самом деле Солнцу наверняка этот чай был очень нужен. Точнее, не чай, а Поступок. Иначе бы она не напомнила сегодня Рыжему о том, что вчера он привычно бездействовал, пока она лежала в кровати и болела.

Знаете, бывают такие странные ситуации, которые превосходно просматриваются со стороны. А когда попадаешь в них сам, то неизменно теряешься. Я вот, скажем, вижу, что Диме порой просто необходимо пересилить себя, встать и перейти, наконец, эту дурацкую грань между «можно» и «нельзя». Солнце говорит: «Не надо меня трогать».

Рыжий покорно отвечает: «Хорошо» — и воспринимает это как буквальный призыв к действию. Точнее, к бездействию. Так он, послушный и исполнительный до абсурда, может просидеть очень долго — пока не прохлопает самое важное. Но что это — то ли слабость, то ли типичная мужская логика («если А, то А, а если В, то В») — я не знаю.

Разглядели? А вот тут начинается самое сложное. Кому первым идти на уступки? Кому первым плюнуть на недостатки своего любимого человека? Солнцу — на то, что Дима слабее ее, или Диме — на то, что Солнце его сильнее? Я бы, кстати, не стала ставить на Шмарове крест. Это у них просто в паре «несовпадалочка» такая. А была бы Солнце тихой, вальяжной, пассивной — возможно, парень утопил бы ее в своих креативных идеях, решениях и друзьях с эвакуаторами.

Стоп. Кажется, я зашла в своей теории слишком далеко и оправдываю Димины поступки, с которыми по просмотру серии была категорически не согласна. И, хотя Солнце с Настей местами рассуждали, как две Умные Эльзы («А вдруг бы ты была беременна, а он тебя оставил?», «А вдруг у тебя ребенок бы заболел?»), я не могла не признать, что глубоко в душе была с ними заодно. Скалу нужно либо отодвигать силой, либо расходиться — иначе в самый ответственный момент из-за нее ты не разглядишь чего-то действительно важного.