Правила игры

Артистичное уральское быдло

«Ещё одно быдло с Урала приехало! – восторженно вскрикнула Алёна, услышав обвинительные речи новичка Лёвы в адрес Бородина. – А я чувствую, что-то знакомое! Какая-то знакомая агрессия!»

Только не надо удивлённо вскидывать брови и упрекать меня в том, что употребляю непозволительные эпитеты. «Быдло», в данном случае, слово, мной заимствованное. У самих Домочадцев. С них и спрашивайте.

Утром на тонких струнах Водонаевской нервной системы играло быдло давно знакомое, тусующееся в стенах телевизионного Дома третий год. Оно пеняло Алёне на неаккуратность и вопиющую нехозяйственность – барышня в который раз не заправила одноместную кровать, на которой они почивают. «Если ты не хочешь её заправлять, тогда спи на своей кровати в женской спальне!

А нашу общую кровать будет заправлять моя женщина!» – недовольно цедил Меньщиков и запивал злобу чаем. А норовистая Алёнушка в той же презрительно-хамоватой манере отвечала Степану, что разговаривать таким тоном с ней не следует, кровать она заправлять не будет, и вообще – не пойти ли вам, сударь, туда, где ноги теряют своё гордое имя.

Ах, какие знакомые мотивы! Всё-таки правы журналы – женщину делает находящийся рядом с ней мужчина. Воссоединившись со Стёпой, Водонаева снова обрела лицо главной проектной стервы, которая может и фразой хлестнуть пребольно, и гонором приплющить, и характером тяжёлым обратить в бегство. Впрочем, сама Алена считает, что за год изменилась, чего не скажешь о Меньщикове: «Людям с годами свойственно меняться, умнеть, взрослеть, развиваться. У меня так произошло, пока мы были не вместе, а у него, по-моему, ещё больше усугубилось всё это. Мне кажется, грубость должна быть какая-то более сексуальная, нежели бытовая, тупая и броневая».

«Броневая грубость» – это изысканный термин, появившийся благодаря гуманитарному образованию, не иначе. А благодаря чему появляется чутьё на людей, именуемых ласковым словом «быдло»? Наверное, надо сказать «спасибо» женской интуиции.

«Ещё одно быдло с Урала приехало!» – восторженно вскрикнула Алёна, услышав обвинительные речи новичка Лёвы в адрес Бородина. «А я чувствую, что-то знакомое! Какая-то знакомая агрессия. Сейчас всё понятно!» – с чувством произнесла она, после того, как Лев признался, что прибыл из Екатеринбурга и учится на актёрском факультете того же ВУЗа, который закончил Степан.
Лёва и Стёпа действительно похожи.

Не внешне, разумеется. Походкой, пластикой, каким-то еле уловимым обаянием и лёгкой несуразностью. Разница только в том, что старожил Меньщиков давненько пообтесался — исчезла провинциальность, появился столичный лоск, здоровый (а иногда – не очень) цинизм и едкая нахальность. А вот в Лёвушке пока есть та видимая наивность, которую часто привозят с собой участники из глубинки, простота, которую они утрачивают уже после первого голосования на вылет, едва столкнувшись с особенностями Большой игры, её хитроумными многоходовками и лихими интригами.

Пока Лев, можно сказать, первозданен. Он сыплет отрицательными характеристиками в адрес Бородина, проигрывает Тори в словесной схватке и признаётся, что его первоначальная симпатия к Кривозуб исчерпала себя после общения с Наташей. Он артистично танцует на презентации, срывает бурные аплодисменты и искренне надеется «быть счастливым и любимым через ваш проект». Да будет так!